Рок-завтрак #22: PRAVADA

«Интервью — интервью, а пост по расписанию»: бас-гитарист Сергей Иванов, наслаждаясь кофе, публикует очередную новость в социальных сетях. Сейчас утро, и мы завтракаем с группой PRAVADA — командой, которую на первый взгляд можно принять за новое воплощение «ванильного рока», но… Но все не так просто как кажется: тут и глубокая игра с жанрами, когда рок, поп и танцевальные мотивы изящно смешиваются друг с другом и даже приправляются первыми экспериментами с рэпом. Но самое цепляющее — это сильные и эмоциальные тексты, которые при легком звучании становятся неким контуром, отделяющим PRAVADA от всевозможных продюсерских проектов. Уже вечером у PRAVADA концерт в Москве. Повод — релиз второго альбома группы под названием «Романтика».

/Романтика/

Окей. Посмотри, как проводник от меня убегает, 
Манит и светит в ночи, уводя за собой далеко-далеко.
Я до рассвета при помощи клубного дыма и крепкого чая 
Двигаю я ритмы, ищу в них какой-то прикол.

Юра Заслонов: первая половина «Романтики» была заготовлена заранее — мы имели полностью завершенные песни. Вторая часть существовала в виде набросков — отдельные хуки, фразы, лики, которые позже мы, сидя на студии, укладывали в аранжировки и направления, наиболее близкие нам в тот момент. Так и проходила работа над альбомом: мы вначале сделали определенный электронный костяк, после чего нарастили «мясо» на этот скелет в виде живых инструментов. Я пишу песни непрерывно: у нас выходит какой-то релиз, и в этот момент у меня уже есть несколько новых композиций, которые существуют где-то в черновиках. Процесс накопления этих песен занимает отдельный период. Даже когда мы записывались сейчас, уже появлялись новые треки — так у нас происходило и на первом, и на втором альбоме. Думаю, будет и на третьем. Старая песня может легко появиться на альбоме. Если она будет интересной, мы ее включим. Я не связываю свое творчество с каким-то вдохновением, для меня это — природное умение. Кто-то талантлив в инженерии, а я пишу песни. У нас с Сергеем Ивановым совпадает музыкальный вкус, взгляды на разные музыкальные процессы и, как правило, если нам что-то где-то не нравится, мы это сразу вычеркиваем. Если в отношении нашего творчества возникает ощущение диссонанса, мы стараемся избавляться от причин.

Сережа Иванов: он бывает и в звучании, и в смыслах. Часто появляется ощущение того, что мы это где-то уже слышали.  Это преследует. Ты что-то создал, перед тобой реальный скелет трека, но ты понимаешь — это не то, звучит не во времени, звучит просто грубо, несуразно или наоборот — рафинированно. Мы не ставили себе целью написать определенное число треков, но просто однажды поняли, что цикл «Романтики» на двенадцати песнях заканчивается — все, что мы хотели вложить в этот альбом по звучанию, там уже есть. Мы решили, что сейчас остановимся, выпустим альбом. Как время распорядится и что на нас повлияет, то и попадет на следующую пластинку. Романтика — это то, что накопилось внутри нас за год.

Юра Заслонов: ну, процесс создания альбома занял от момента «пришли в студию», до появления на всех цифровых площадках примерно полгода. На самом деле, больше всего мы привязывались к числу одиннадцать.

Сережа Иванов: нет, вначале хотели вообще девять: очень удобно для поста в VK: девять треков и картинка.

Юра Заслонов: а потом мы пересмотрели передачу «Русское лото», где была фраза «барабанные палочки — одиннадцать» (на жаргоне игроков в лото число одиннадцать называется барабанными палочками — прим. ORW), решили, что это — прикольное число, написали одиннадцать песен, а потом у меня случайно появился трек «Город». Я показал парням, и они сказали: «ну давай будет двенадцать». И вот — двенадцать.

/О том, как быть не стать пародией на самих себя/

И где бы ни был я, с ней не расстаться, 
Она живая и, будто река,
Потоком в бешеном ритме танца 
Льется моя музыка.

Сережа Иванов: на мировые группы мы скорее равняемся, чем боимся скопировать. Сейчас к этой теме мы реже обращаемся, потому что на последнем альбоме нашли баланс в плане подхода к трекам. Но когда мы делали альбом «Мечтать»,  он был более «живой», с упором на гитарное звучание, чем на продакшен по сравнению с «Романтикой». И там мы очень парились, потому что в гитарной музыке сказано уже столько всего, в том числе и в России. В работе над дебютником мы часто останавливались, осознавали, что так нельзя, это уже звучит не очень. Не очень — это либо уже было, либо очень плохо. Это неприятно, поэтому нужно внимательно относиться к тому, как ты звучишь на стадии создания песен.

Юра Заслонов: но и со временем наш вкус еще лучше развился: мы слушаем больше музыки, вдохновляемся совершенно разными ее направлениями. И сейчас фильтр, через которую мы все пропускаем, эта сеточка, сквозь которую просеиваем наш материал, становятся все уже, уже и уже. И поэтому, честно говоря, сейчас мы к себе максимально критичны в плане текстов и музыки. Не знаю, что будет на третьем альбоме, но мы очень хотим избежать пародий на самих себя. Сережа правильно сказал — в плане рок-музыки и гитарного саунда уже везде сказано практически все, и очень многие коллективы не только в России, но и в других странах мира подражают сами себе. Здесь мы обращаем внимание на мировых звезд, которые стремятся делать музыку во времени, и, конечно, на наших русских тоже. Это важно, потому что есть некая схема написания песен, авторский почерк, и какую бы музыку ты не делал, его никак не убрать. Ну будет там больше синтов (синтезатор — прим. ORW) или меньше гитар, все равно останется тот же человек, который вещает на своем языке, и его ни с кем не перепутать. Для меня те, кто не повторяется — это  Coldplay, Maroon 5, банальные, конечно, примеры.

Сережа Иванов: не совсем согласен с Maroon 5, но хочу привести пример аналогичной группы на Западе, где участники нашего поколения и примерно нашего возраста — это The Neighborhood. Их первый релиз до сих пор является своеобразным флагманом, но при этом чуваки не останавливаются на том, что сделали и не выдают слушателям еще одну такую же пластинку, а продолжают экспериментировать. Здесь есть двоякая вещь: нужно и аудитории угодить, и самим себе. Мы, как и  The Neighborhood, пока что хотим угождать только себе.

Юра Заслонов: я считаю, что это нормальное желание артиста, потому что есть много людей, которые слушают группу, есть много мнений, у каждого совершенно свои мысли в голове. Все слышат по-разному, видят по-разному. Ну и важная проблема: в нашей стране музыкальной индустрии как таковой нет, поэтому иногда очень сложно доносить до людей то, что ты пытаешься сказать. Когда на Западе группа работает с лейблом и делает какой-то релиз, при этом он в корне отличается от предыдущего, это подключается саундтреками к фильмам, дополнительными видеорядами. Это с другой стороны демонстрирует группу, раскрывает ее потенциал, мол, смотрите, и это тоже круто. Нам это сделать сложно, потому что мы не продюсерский проект, все делаем сами, поэтому сталкиваемся с некоторыми препятствиями. Но я уверен, что люди вслушиваются и растут вместе с нами.

/Город feat. Светлана Сурганова/

Город даёт мне шанс, город меняет шаг 
В такт моей музыке. 
Вечно не мой совет, чей-то хранит секрет, 
Делится музами.

Юра Заслонов: Света — классный человек, очень добрый и позитивный. Я очень хорошо знаю весь состав «Сургановой и Оркестра» , их звукорежиссер — мой близкий друг. Я руководствовался очень простыми правилами: песня не должна диссонировать с тем человеком, который будет ее исполнять. Да и композиция «Город» — что-то из разряда русского рока, в ней есть такие элементы. Когда я думал об этом фите, я понимал, что нам нужен человек, который к русскому року имеет прямое отношение. И к Петербургу, это очень важно. Дальше все получилось само собой: я был на студии у Светы, показал ей пару песен, мы поговорили пятнадцать минут и ударили по рукам. Открыто, классно и весело пообщались. Все сошлось. /О «Нашем радио»/

Сережа Иванов: действительно, «Наше Радио» готово поддерживать PRAVADA в данный момент. Речь не о том, нравится нам или нет эта аудитория — мы вообще считаем себя группой в этом смысле универсальной. Но мы никогда не ставили себе цель —  звучать именно на «Нашем радио». Появилась песня «Город» и как по мне — она вполне органично встала в ротацию радиостанции, в ее лирический сегмент. И если аудитории наша музыка нравится, мы только счастливы.

Юра Заслонов: мы не считаем, что основное звучание коллектива должно идти в сторону «Нашего радио». Мы — другая группа. Но если есть те песни, которые будут близки аудитории определенной радиостанции, мы с ней будем поддерживать теплые отношения. Здесь нет стратегического хода, это — творчество.

Сережа Иванов: в своих треках мы стремимся показать, какие мы разные. Вот есть композиция «Весна» — это современный dream-pop и она по формату подошла бы куда-нибудь еще. В случае с «Городом» «Наше радио» отреагировало быстрее и в нашу пользу. Это в любом случае приятно. Но мы не считаем, что наши поклонники именно в таком сегменте находятся.

 

/Клип «Весна»/

Свет на секунду гаснет, 
Стало легко, в глазах уже весна.

Юра Заслонов: я не актер, это главное. Никогда этим не занимался, в драмкружках не играл. И я надеюсь, что виден мой рост конкретно в этой области — от первых клипов до «Весны». Потому что сейчас мне тяжело пересматривать наши ранние работы. На мой взгляд в «Весне» сыграть получилось гораздо лучше. Я вдохновлялся историей о том, как современные парень и девушка могут провести уик-енд в другой стране. Я даже думал о том, как бы снял свою свадьбу. Когда я увидел результат, то понял, что мне это близко. Я играл сам себя. Мне очень важно, чтобы в группе со мной были мои друзья, люди, родные мне по духу. То же самое и в видео — я не актер, поэтому съемочная группа и все те, кто участвует в процессе, должны быть со мной на одной волне. Я тяжело схожусь с посторонними людьми, особенно с моделями и актрисами. У меня всегда была эта проблема. Но с девушкой, которая снималась в «Весне», Мариной, мы очень быстро нашли общий язык. У нас было много общих знакомых, общих тем, и мы очень крепко подружились буквально за пару часов. Поэтому здесь играть было проще, все было довольно натурально, ведь мы импонировали друг другу. Она — прекрасная девушка. Все совпало, я не верил, что так может быть. На съемки было выделено четыре дня, а сняли мы его за один день и одну ночь. Дело в том, что вначале сниматься была должна совсем другая модель, но она улетела на съемки в Пекин. И мы не знали, где искать в Шанхае, огромном городе Китая, русскую или украинскую девушку, которая могла бы сыграть у меня в клипе. И, как ни странно, мы нашли ее в ночном клубе. Вернее, мы пошли в ночной клуб, предполагая, что в такой стране как Китай русских стоит поискать там. А там я уже смогу с ними поговорить о том, где найти модель или актрису. Так и вышло: меня отправили к диджею, а он оказался из Забайкалья, из одного города со мной. Марина оказалась его подругой. Я в эту же ночь ей позвонил, и она сказала: «Приезжай завтра. Если ты мне понравишься, и мне понравится сценарий -я снимусь». Я приехал к ней, мы поговорили пятнадцать минут, и все.

/Клип «Любовь»/

Забивается моя душа в угол тесной бетонной коробки.
Мне бы лучше убежать; и без остановки 
Двигаться дальше мне. Позабыть о ней, 
Но она дышит в спину мне, она режет всё сильней!

Юра Заслонов: для нас весьма сложно смотреть на себя со стороны и трезво давать себе оценку. То, что мы пытались показать в этом клипе — это абстракционные инсталляции, некие сцены, которые так или иначе были завязаны со словом любовь. Например, две девушки полностью покрытые черной жижей. Просто погрузитесь в атмосферу, что-то для себя проанализируйте и попробуйте понять, что мы пытались сказать.

Сережа Иванов: этот клип совсем не легкий по восприятию. Образы из Instagram воспринимаются более лайтово, а в нашем сюжете каждую картинку в клипе надо чуть-чуть додумать — что было до этого, что было после. Мы, наверное, делали на это ставку. Здесь есть идея показать небанальное выражение этого чувства. Я до сих пор натыкаюсь в ленте на посты, где песню «Любовь» прикрепляют к каким-то позитивным картинкам. Меня это очень напрягает, потому они они никак не связаны. Это говорит о том, что люди мало слушают и слышат.

Юра Заслонов: Да, ведь текст песни очень трагичен, все поется со дна, среди серых бетонных коробок. Я и в тексте пытался подчеркнуть как раз то, что любовь — это совсем не светлая история про девочках из пабликов в социальных сетях, а наоборот — то чувство, которое порой убивает и загоняет человека в страшные тупики. Примерно это мы пытались отобразить в видео, но на все сила опыта. Я вижу, что нам не удалось связать все эти сцены воедино, чтобы получилось четкая сценарная связь. Сейчас у меня есть идеи сценарных клипов, потому что интересно наблюдать за историей, а какие-то нарезки из кадров уже сейчас не актуальны. До этого я придерживался философии, что сюжет за неимением бюджетов и хорошего сценариста снимать просто нельзя. Ты нарываешься на непонятных актеров, которые будут плохо отыгрывать. Сами понимаете, что если кто-то хоть на пол-миллиметра не дожал — клип не удался, он не будет тебя держать все три с половиной минуты. Поэтому для нас это — выход на новую планку, и сейчас мы будем пробовать делать что-то подобное.

/О Universal Music Group/

Сергей Иванов: Universal — это мировой бренд, поэтому с ним все очень муторно, слишком много согласований. Если релиз происходит, то материал нужно сдавать за два месяца. Выпустив с ним «Воздухом» (2016), мы поняли, что игра не стоит свеч. Мы начали париться, что могли где-то что-то недоделать. И в итоге эти два месяца, которые мы могли бы посвятить доработкам, занимались только ожиданием и думали, как там и что. До Universal мы сотрудничали с лейблом «Студия Союз», издавали там первый альбом. Они в плане промо-движут более целостно подходили к артисту. Но мы понимаем, что Universal — это не просто музыкальный бренд в России. Они занимаются еще целой кучей проектов. Поэтому вышло так, что мы издались, и на этом наше общение закончилось.

Юра Заслонов: для нас текущий вариант, когда мы записываемся сами, а лейбл М2БА издает нашу музыку, наиболее удобен. А как дальше будет складываться, мы проанализируем.

/Support/

Скоро всё закончится и тогда, 
В памяти останутся навсегда… 
Только здесь и сейчас накроет нас! 
Только здесь и сейчас накроет нас!

Юра Заслонов: поразительным был выход на сцену «Олимпийского» и «Ледового» в 2016 году. В «Олимпийском» я испытал очень сильный дискомфорт, потому что для меня это была самая большая площадка на тот момент. Я переволновался, искренне скажу.  Наверное, выступление перед Imagine Dragons  стало самым запоминающимся и вдохновляющим концертом-разогревом. Ну а если говорить о том, где я чувствовал себя максимально комфортно и прямо чувствовал аудиторию — это One Ok Rock, Москва, Известия Hall. Там была настолько крутая отдача, что мне показалось, что мы только что сольник сыграли. А про забавную историю там же Сережа расскажет…Сережа Иванов: Imagine Dragons выступают под огромное количество плей-бэков (playback — фонограмма инструментала, прим. ORW), штук двадцать каналов. Каждый инструмент дублируется.Юра Заслонов: это делается для того, чтобы если вдруг один участник заболел или ему стало плохо, он что-то не сыграл, за него это мог бы сыграть компьютер. И забавно, с каким спокойствием ребята делают это на сцене. Когда у бас-гитариста Бена МакКи сломалась гитарная радиосистема…

Сережа Иванов:… он совершенно спокойно пошел по сцене с отключенным басом, спустился вниз, взял другую систему прямо во время песни. А бас идет в зал. Он возвращается и просто играет дальше.

Юра Заслонов: было смешно: он с такой простотой спускался, мол, «ну да, чуваки, я все понимаю». Хотя в тот момент вокалист плоским пузиком сверкал, может, никто и не заметил.Сережа Иванов: я бы еще выделил разогрев у The Neighborhood, потому что это был наш первый выход на такую широкую аудиторию. Я недавно наткнулся на каком-то форуме на отзыв о том, что разогрев был круче. Я не берусь говорить, так это или не так, но аудитория нас принимала очень жарко. Осознание, что мы все делаем правильно, пришло именно тогда. На тот момент мы играли концерты в небольших клубах на пятьдесят-шестьдесят человек, а тут вышли на сцену A2 Green Concert и получили отдачу. Это придало нам уверенности.

Юра Заслонов: да, до этого концерта мы не понимали, в ту ли сторону двигаемся, надо ли это кому-то, существуют ли люди, которые будут слушать эту музыку. И когда мы сыграли перед The Neighborhood, мы поняли, что да, стоит заниматься дальше этим делом. Здесь есть много азарта и неловкости. Неловкость заключается в том, что на разогреве ты по большому счету никому не нужен. Никто на тебя не шел, брать билеты не собирался, а сейчас ты на двадцати киловаттах звука огромной площадки  пытаешься транслировать то, что люди никогда не слышали и, возможно, не хотели. Но им никуда от тебя не деться, потому что зал набит — им приходится тебя слушать. Я когда хожу на концерты больших групп, и перед ними есть разогрев, часто вижу людей, которые включают плеер, залипают в Instagram. И лично я всегда очень близко это воспринимаю — то есть я выхожу на сцену, и это просто никому не нужно. Поэтому заранее настраиваю себя на самое худшее. Но по итогу круто, когда все удается.

Сережа Иванов: для нас каждый разогрев, сколько бы мы их не сыграли, по уровню волнения стоит в одном ряду с сольником. На сольнике паришься, чтобы просто все прошло так, как ты хочешь, а на саппорте прокачиваешь определенный скилл в плане работы с аудиторией.

Юра Заслонов: мне в этом плане психологически тяжело, потому что я зависим от того, как люди меня воспримут и будут ли принимать дальше. Именно тот контакт, даже не песенный, а общение между песнями,  небольшие фразы для аудитории во время песен — вот от них зависит насколько ты понравишься людям, насколько все пройдет круто. И это бывает с первой секунды, как получилось на One Ok Rock или The Neighborhood. Спичка загорается и все. Тогда я не думаю о том, что я скажу дальше, я не готовлю заранее никаких мыслей и фраз. Я открываюсь, потому что вижу, что люди открываются мне.

Сережа Иванов: еще один важный момент состоит в том, что группу разогрева всегда делают на пятьдесят процентов тише хедлайнера. Как бы ты, возможно, круто не сыграл, ты себя слышишь в мониторах, ты кайфанул, аудитории вроде зашло… Но достаточно поднять звук хедлайнера, и все такие: «Ну они мощнее!» Люди не всегда понимают такие моменты громкости, мощности. Но сейчас я могу сказать, что разогревы зарубежных групп — это та вещь, которая приносит нам новых слушателей, наверно, больше всего.

/Wins/

Юра Заслонов: когда мы только пришли на фестиваль Emergenza, то никого не приглашали к себе — для нас это было как «пойдемте сыграем, парни». Мы пришли и сыграли. И прошли в следующий тур. На втором мы уже позвали своих друзей, человек пятьдесят нас поддержало. И мы опять выиграли. Оставалось два, и к третьему мы подумали о том, что ребят, давайте заморочимся, раз уж так все идет. На тот момент наше сообщество состояло всего лишь из пары тысяч людей. Мы начали активно постить, агитировать аудиторию и продали двести билетов — сами не поняли, как это произошло. Я не знаю, как так получается — это просто стечение обстоятельств, которое мы не контролируем. Удача или труд? Пятьдесят на пятьдесят. Без труда точно ничего не получится: каким бы талантом ты не был, в коммунальной квартире где-нибудь в Алтуфьево ты со своей музыкой точно никому не нужен. Надо стараться, писать ее, показывать кому-то. И вообще это сложно — заниматься музыкой серьезно, это правда большой труд. А удача? Да, на сто процентов нужно быть удачливым. Хотя в последнее время мы как-то сухо на все это смотрим. Раньше тоже говорили о карме, о том, что кто-то что-то видит, и в итоге пришли к выводу, что, наверное, кармы нет. Есть просто прямой расчет, а дальше уже получилось или не получилось.

/О новом роке/

Юра: рэп — это новый рок, я отношусь к этому явлению именно так, как кажется после этой фразы. Если посмотреть на больших артистов рэп-индустрии, они все — рокеры. Абсолютно роковая подача, несмотря на то, что это другой жанр. Когда был популярен рок — конец восьмидесятых, девяностые, нулевые годы — рок-звездами на сценах были именно рокеры. А сейчас рок-звезды в рэп-индустрии. Это сложно не признавать, что массы сейчас рэп определенно качает. Ну и электронная музыка тоже. Я не могу сказать, что мы записали рэп-песню, что «Берег и река» — это рэп или гитарный рэп, как пишут у нас в паблике. Я меломан, я слушаю все, мне нравится техно, рэп, тяжелый металл, блэк… Мне хип-хоп близок: давайте возьмем тех же  The Neighborhood — эта группа не последнюю роль сыграла для меня в плане развития вкуса. У них тоже очень много отсылок к хип-хопу: это вокальная ритмика строчек, которая что-то черпает от рэпа. Но при этом она мелодична: для меня очень важно не терять мелодизм. Ну и забавно то, что после выхода трека «Берега и реки» мне стали писать много рэперов и предлагать фиты. Это было очень смешно: я объяснял ребятам, что мы не такие, не получится у нас ничего. Даже не знаю, каким бы он мог быть, наш рэп-фит.

Сережа Иванов: нет, ну это все равно говорит о том, что наша аудитория обширная. Когда появляется новый рэп-артист, у него есть просто прекрасная возможность для того, чтобы работать. Есть куча исполнителей, есть целый рынок, чего не скажешь даже о таком жанре как поп-рок. Потому что поп-рок не очень конкретный: трудно, во всяком случае мне, посмотреть на группу БИ-2 и выделить из нее какого-то среднего слушателя, найти ее целевую аудиторию. Она очень разная, очень обширная. А в рок-музыке очевидно, что там преобладают мужчины, даже если в группе вокалистка-девушка. Но если говорить о рэперах, сейчас их время, конечно. Мы подошли к этому с иронией: так появился трек «Берег и река». Если кто-то воспринимает это всерьез, то делает большую ошибку.

Юра Заслонов: Да, все не так. Просто мы хотели снять видео, и самая простая идея, которая была – это потусоваться у друга дома. Мы пришли туда, взяли всем алкоголь и сняли клип.

/Москва vs Санкт-Петербург/

Улицы на «ты», вид с Колоннады; виделись чаще вдвоем. 
Я где-то рядом, всё ещё рядом по-настоящему. 

Юра Заслонов: Последнее время мои отношения с Москвой складываются весьма удачно. Я тут уже четвертый день, вполне вполне хорошо себя ощущаю и, наверное, смог бы здесь легко существовать. Не в обиду Питеру, конечно. Но я не знаю, куда приведет в дальнейшем жизнь, сейчас очень сложно ответить на этот вопрос. Я бы с удовольствием жил в Питере, но по многим причинам мне кажется, что пора уже переезжать в Москву. Мне нравится отзывчивость москвичей, потому что у населения Питера присутствует некая апатия ко всему, что происходит вокруг. У нас даже самых жарких артистов принимают в Питере немного по-снобски: стоят, смотрят, прислушиваются, делают какие-то выводы… А Москва – она насколько много работает, настолько круто и отдыхает, загорается с пол-тычка. Ты вышел, сказал «Всем привет!», и люди уже кричат. Думаю, это специфика города, мне в ней это очень нравится.

Текст: Евгения Грибкова

Фото: Мария Смоляр

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.